Мюллер. Нацистский преступник, избежавший петли - Андрес Зегер
Создание «центральной инстанции рейха по еврейской эмиграции» явилось следствием погромов 9/10 ноября 1938 г. Ответственные, особенно Геринг, хотели как можно скорее снять с себя «еврейскую проблему», поскольку «хрустальная ночь» стала вызывать возмущение не только в самом рейхе[392], но и за границей. Причины последующих после погромов арестов можно найти в «Сообщениях из рейха». «Для того, чтобы усилить эмиграцию […], около 25 000 еврейских мужчин были временно заключены в концлагеря»[393].
Для анализа последствий уничтожения евреев и для проходивших в начале 1980-х годов дебатов о точной дате принятия окончательного решения по еврейскому вопросу важным является факт начала деятельности «центральной инстанции по еврейской эмиграции». Этот факт опровергает тезис «интернационалистов», связывающих воедино идеологию, планирование и политическое решение и рассматривающих Гитлера в свете этих событий как центральную фигуру. Приверженцы этой позиции верят в прямую связь между ранними антисемитскими высказываниями Гитлера и массовыми убийствами. Они исходят из часто упоминаемой идеи, но не объясняют, однако, почему планы по переселению евреев после ночи погрома в рейхе должны были быть реализованы как можно быстрее. Кроме того, у них нет достаточных объяснений, почему распространенная в концлагерях концепция СС об «уничтожении через труд» применялась на евреях. Гитлер должен был выбирать между уничтожением людей и важной в годы войны рабочей силой. «Функционалисты» считают, что истребление евреев не было заранее спланировано. Решение о геноциде было принято, по их мнению, только осенью 1941 года в связи со сложившейся ситуацией, под давлением проблем депортации и застопорившимся наступлением на Советский Союз. Национал-социалистическая идеология создала условия для геноцида, но не явилась инициатором истребления народов. Вследствие постоянной конкурентной борьбы различных функционеров и организаций «взрывоопасный радикализм» объявил о своем решении уничтожить европейских евреев[394].
С 23 октября 1943 г. евреям было запрещено эмигрировать. «Центральная инстанция по еврейской эмиграции» потеряла свое значение.
Нападение на радиостанцию г. Глейвитца
Конкретные действия инсценированных СД нападений на радиостанцию Глейвитца, дом лесничего Питшена и таможню Хохлинден, использованные руководством национал-социализма для оправдания нападения на Польшу, не представляют большого интереса для данной работы. Эти псевдонападения были использованы пропагандой СС, чтобы обвинить Польшу в военной агрессии. Важна та роль, которую сыграл Мюллер при подготовке, организации и выполнении приказанной Гейдрихом акции.
Первое подготовительное заседание состоялось 8.08.1939 г. в Берлине под руководством Гейдриха, который, с согласия Мюллера, назначил главных участников; к ним относились оберфюрер СС д-р Отто Раш, штурмбаннфюрер СС Альфред Гельмут Найокс[395], оберфюрер СС д-р Герберт Мельхорн, а также названные лично Мюллером фюрер СС д-р Ганс Труммлер[396] и Отто Гельвиг[397]. Гейдрих объяснил присутствующим, что фюрер отдал приказ подготовить инциденты на границе с Польшей, поскольку все происшедшие до этого нарушения границы с польской стороны не могут использоваться в пропагандистских целях.
Когда подготовка шла полным ходом, шеф гестапо Мюллер 23 августа 1939 г. приезжал в Оппельн и встречался там с посвященным во все детали дела начальником полицейского участка д-ром Эмануэлем Шефером. Шефер доложил Мюллеру, который напрямую был связан с Гейдрихом в Берлине, о деталях дела[398].
24 августа 1939 г. Гейдрих дал «добро» на начало операции, после того, как он был проинформирован, что 26 августа Гитлер собирается напасть на Польшу. Оперативные группы двинулись к заранее обозначенным местам вдоль границы Польши. На занятых позициях они ждали условного сигнала.
Вечером 25 августа Гитлер отозвал приказ о нападении. Гейдрих приложил все усилия, чтобы остановить акцию при помощи руководителя группы. Не дожидаясь основного приказа, Гельвиг начал действовать, но перестарался и перепутал условный сигнал. И даже всегда педантичный Мюллер чуть было не сделал ошибку, которая имела бы для него непредсказуемые последствия: после своего возвращения в Берлин он вспоминал в разговоре со своей секретаршей, «что чуть не забыл условный сигнал – я думаю, этим словом является „Агата“»[399].
Командир оперативной группы Гельвиг из-за своей ошибки был отстранен от дела, а также выполнявший до этого роль координатора акции д-р Мельхорн был снят с операции[400]. Гейдрих решился, наконец, назначить в Верхнюю Силезию полномочного представителя. Так оберфюрер СС Генрих Мюллер стал непосредственным руководителем запланированной провокации на границе[401]. Он был тем, кто инструктировал преемника Гельвига штурмбаннфюрера СС Карла Гофмана и разработал детальный план действий[402].
За день до начала войны Гейдрих снова отдает приказ привести в исполнение заново разработанный план. 31 августа Мюллер снова едет в Оппельн, чтобы руководить акцией на месте. В ночь с 31 августа на 1 сентября 1939 г. Мюллер по телефону дал условный сигнал «маленький глухарь» д-ру Шеферу, который, в свою очередь, передал его оперативной группе[403]. В этот раз все прошло без срывов, после того как при помощи других условных сигналов была выполнена работа на каждом конкретном участке, операция успешно завершилась.
В рамках подготовки к акции шеф гестапо был ответствен также за «участие» узников концлагерей[404], которые были переодеты в польскую униформу, затем расстреляны и оставлены на месте событий в доказательство того, что они были убиты во время нападения. Обозначаемые кодовым словом «консервы» заключенные были отравлены врачом, а затем расстреляны оперативной группой[405].
Д-р Мельхорн рассказывал позже, что, по его мнению, идея обозначить заключенных кодовым словом «консервы» не принадлежит Мюллеру. Он придерживался мнения, что Мюллер был подослан Гейдрихом на заседание, чтобы определить настроение участников[406].
Главная задача Мюллера заключалась в том, чтобы оставить следы на месте преступления и привести доказательства того, что Польша виновата в развязывании войны. Для этой цели была создана особая комиссия, состоявшая из служащих криминальной и тайной государственной полиций[407]. В целом Мюллер остался недоволен проведением акции. Он упрекнул вызванных 1 сентября в Берлин руководителей оперативных отрядов в том, что акция была проведена без особого настроя, было «мало шума и в связи с этим было привлечено мало внимания»[408].
После отстранения Гельвига Генрих Мюллер получил всю полноту власти и стал, таким образом, «ведущим специалистом» по провокациям на границе. Участвовавший
