Перчёный вкус успеха - Анжела Малышева
– Родители развелись. Папа уехал на заработки, а мама снова замуж вышла – за тренера её брата, приколи? Брат у Каринки на год старше всего. И тут этому тренеру по каким-то там семейным обстоятельствам понадобилось в Калининград. А Каринка, типа, решила, что не хочет с ними жить, и осталась здесь. Может, её и не звали со всеми уехать, я не знаю, – пояснила Соня.
У меня по коже пробежал мороз. Бедная Карина! Как это возможно? Как можно оказаться совершенно ненужной обоим родителям и даже брату? Так вот почему она такая… такая…
– Ну, мы не о том. – Марина нетерпеливо подёргала меня за рукав. – Что скажешь про её мухлёж, а?
– Стрёмно как-то, – вяло откликнулась я. У меня в голове никак не укладывалось услышанное, выпирало всеми углами. Мамочка и папочка мои драгоценные, как же я вас заобнимаю, когда домой вернусь!
Девчонки переглянулись и, вздохнув, отступили от меня:
– Ладно. Пойдём мы, раз у тебя настроения нет.
Я рассеянно кивнула. Дождавшись, когда Соня и Марина уйдут, я осторожно повернулась на скрипнувшем стуле, пытаясь найти взглядом Карину. Вон она, за последней партой… Сегодня не такая роскошная, как обычно: утюжок явно не касался волос, макияжа почти нет, мятый бомбер… Плотно сжала губы и смотрит в телефон, бездумно двигая большим пальцем.
Вдруг из другого конца класса раздался голос Жорика:
– А все уже слышали, что наша Кариночка – жульё?!
Весь класс синхронно повернул головы. Карина раздула ноздри, как будто готовилась к рукопашному бою, и вскинула голову:
– Это ты сейчас о чём, Боровицкий?
– Ну, как о чём? О флешмобе твоём! Врунья, врунья! – закричал Жорик. Его смех отдался у меня в груди гулким эхом – точно так же он смеялся надо мной всего пару недель назад.
– Я не жульничала! – Карина подскочила и сжала кулаки. Она выглядела как Жанна д'Арк: глаза горят, щёки пылают…
– Ну как же не жульничала! – Жорик вразвалочку пошёл к ней по проходу, медленно разворачивая свой телефон экраном вперёд. Класс замер. Кажется, можно было расслышать, как колотится сердце нашей красавицы, которая не отрывала взгляда от своего обличителя. Толик так сильно вытянулся вперёд, пытаясь рассмотреть экран, что чуть не свалился со стула.
Наконец, «инквизитор» продемонстрировал всем экран. На нём крутился «кружочек» от… брата Карины?!!
Да, это определённо был мальчишка из начала её ролика! Сейчас без умело нанесённого макияжа он выглядел как самый обыкновенный паренёк, только глаза по-прежнему похожи на сестринские. «Некрасивая версия» Карины рассказывала:
– Ну, да, я снялся, она попросила. Да не знаю я, показалось сначала прикольно… Но вообще, конечно, треш. Достала она меня, чего приезжал, сам не понял.
– Ты… Откуда… Как ты с ним… Как ты его нашёл? – хрипло спросила Карина, делая шаг назад. Она так побледнела, что мне захотелось поддержать её за руку. Боже, родной брат… так сказал… Я бы умерла, если бы Лёха выдал Жорику про меня что-то в этом духе! Просто умерла бы на месте!
– Эх, Кариночка, – снисходительным тоном киношного злодея сказал Жорик, убирая телефон в карман. – Если бы ты больше с Колькой разговаривала, то знала бы, что мы с ним с детства общаемся. Вы ж раньше всей семьёй в моём дворе жили! Только ты слишком заносчивая, чтобы Жорика замечать, да?
– Капе-е-ец! – заржал Толик и завертел головой, пытаясь поймать взгляд каждого из одноклассников. – Жесть вообще, капе-е-е-ец! Каринка не смогла даже в собственном флешмобе нормально поучаствовать!
Я бросила быстрый взгляд на Марину и Соню. Они стояли, одинаково скрестив руки на груди. Соня смотрела в пол, Марина заметила мой немой вопрос и слегка пожала плечами: «Что же, мол, тут поделаешь…»
– Лохушка! – радостно выкрикнул Жорик. – Врунья!
– Врунья, врунья! – громко подвывал Толик.
Кто-то из девчонок крикнул:
– Тоже мне, королева мейка! А мне, главное, говорит: «Я не поняла, какой из твоих макияжей считать неудачным!»
Одноклассницы разом загалдели. Похоже, Карина успела насолить не только мне…
– Отписываюсь…
– Дизлайк!
– Только других хейтить умеешь!
– Я вообще в комментариях сейчас всё напишу, пусть народ знает…
Обрывки фраз летели со всех сторон гигантскими градинами, грохочущими и опасными. Почти прозрачная от бледности, растрёпанная, с тяжело вздымающейся грудью, Карина озиралась вокруг и, я видела, готова была разорваться на тысячу осколков, как яйцо, которое бросили в кипящую бездну хейта…
– Хватит!
Все резко замолчали, и только через несколько мгновений до меня дошло, что это крикнула я: горло саднило от резкого крика.
– Хватит, – уже гораздо менее уверенно повторила я и прокашлялась. Нужно же было что-то продолжать говорить, раз начала… – Да, поступок нечестный, даже гадкий. Но хейтить толпой – это подло…
Карина резко развернулась ко мне. Я хотела ей улыбнуться, сказать, чтобы забила на эту чушь, написала извиняющийся пост, да и всё. Но она вдруг схватила свой телефон с парты и высоко подняла над головой, глядя мне прямо в глаза.
– Гадкий, да? – выкрикнула она. – Я гадкая?! А вы сами – вы все – прекрасные? Вот прямо никто не врёт, все по струнке ходят и мамочку с папочкой слушаются?
Продолжая держать телефон над головой, она рванулась вперёд, прямо на Жорика, так что он отпрыгнул в сторону и всем весом рухнул на взвывшего Толика. Но Карина не обратила на них ни малейшего внимания – она решительным шагом подошла к доске и повернулась лицом к классу.
– Чего вы хотите от меня? А? Да вы вообще ничего об этой жизни не знаете! Ничего! А вот я знаю. Знаю, что надо рассчитывать только на себя! Не нравлюсь вам? Мой блог не нравится? Ничего, я и без него проживу! – И Карина быстро разблокировала экран, несколько раз свайпнула, а потом у всех на глазах нажала на кнопку «Удалить аккаунт».
«Вы уверены?» – ужаснулась соцсеть.
Да. Карина была уверена.
Яркие фотографии на страничке Карины начали неумолимо исчезать одна за другой. Я в ужасе не могла оторвать взгляд от экрана – мне казалось, словно умирает живое существо, по одной гаснут чешуйки красивого дракона. Отредактированного, с выставленным светом и идеальным макияжем, но всё-таки настоящего, дышащего. Ведь Карина так любила этот аккаунт… Столько берегла его от посторонних глаз… Так много сил потратила на съёмку каждой фотографии!
– Это ты нас сейчас типа испугала, что ли? – спросил Жорик.
Карина молча спрятала телефон в карман, показала Жорику неприличный жест и вышла из класса.
* * *
Когда за спиной захлопнулась дверь школы, на душе было паршиво, будто я в прокисшем супе плавала. Склизкие, тяжело набрякшие виной мысли душили со всех
