Дело об исчезнувшем Лукоморье - Александра Николаевна Калинина
Он не врал. У Любителя Овощей на футбольной форме было много-много карманов. Из каждого торчал огурец.
Богатыри поняли, что ждать матча придется долго. Они сели в круг и приготовились наблюдать рождение новой звезды футбола.
Петя решил, что не стоит увеличивать абсурдность происходящего и нужно быстрее разъяснить правила Горынычу:
– Твоя задача – забить гол. Понял?
– Не хочу никого бить, – упирался тот.
– Хорошо, мы пойдем другим путем. Видишь эту круглую штуку? Она мячом называется, – вставил свои пять копеек Волк. – Ну что ты дергаешься, не «меч», а «мяч». Ты должен пальцем лапы пнуть его игроку своей команды. Но учти, твои товарищи по команде ранимые и хрупкие, пинай мяч осторожно. Как будто это твоя тарелка с манной кашей.
– Ваша задача сделать так, чтобы мяч оказался в воротах богатырей. Понял? – с ангельским терпением объяснял Петя. – Это называется «гол»! Но руками мячик трогать нельзя. Только не нарушай правила, не толкай никого и не держи лапой за майку. А то судья тебе желтую карточку покажет. Эта карточка предупреждает тебя о том, что ты нарушил правила. Вторая желтая – тоже. А нарушишь еще раз…
– Превращусь в тыкву! – догадался Горыныч.
– Красную карточку тебе в морду сунут. И с поля удалят, – рассердился Волк.
Змей рассмеялся:
– Ага, пускай попробуют! Меня! Удалят! Да кто ж со мной справится?
Волк решил всё растолковать:
– Судья тебя удалит с поля. Начинай уже тренироваться.
Кощей Всех Умней отбежал далеко-далеко, крикнул:
– Горыныч, принимай!
Через несколько секунд все Кощеи стали ещё больше похожи друг на друга. Они плакали. Волк и Петя были близки к тому, чтобы к ним присоединиться. Только они пока не понимали, плакать им от смеха или просто плакать. Посреди поля стоял Горыныч. На когте его лапы висел сдутый и слегка обугленный мяч. А сам горе-спортсмен отвешивал поклоны по всем правилам этикета:
– Дорогой мячик! – шаркал лапой Змей. На поле оставались глубокие борозды. – Я рад принять вас в гостях на этой зеленой траве. Присаживайтесь, пожалуйста, и отдохните!
Первым не выдержал Кощей Всех Злей:
– Что за ерунда? Змей! Ты с ума сошел? Ты почему разорвал спортивный инвентарь и зачем с ним разговариваешь?
Ни одна голова Горыныча не поняла, за что его ругают:
– Я хорошо воспитан. Гостей принимать умею. Мне без разницы, друг это или мяч. Сказали принять, значит, приму! – он отодрал лепешку-мяч от когтя.
Наконец в дело вмешался Кощей Всех Мудрей. До этого он мудро спал на солнышке. За две минуты Бессмертный всё объяснил Горынычу так, что его можно было назначать судьей.
Кощеи достали из сумки в клеточку последний мяч. И на поле высыпали Богатыри в пылающих жаром доспехах.
– Петя, как думаешь, у них получится? – беспокоился Волк.
– Согласно теории вероятности… – Петя то ли задумался, то ли специально не стал заканчивать фразу. Всё и так было понятно.
Горыныч, выставленный в нападение, легонько ударил по мячу и тут же повалил на траву половину игроков. Попал в одного, а он полетел и сбил по дороге еще нескольких. Просто кегельбан какой-то. От огорчения Змей стал играть еще хуже и наступил на ноги нескольким Кощеям, а потом – богатырю.
– Ты чудом меня не забил, – возмущался спортсмен в сияющих латах. – Удались с поля сам, пожалуйста.
Заяц, сидя на запасном богатыре, громко хихикал.
Петя забеспокоился:
– Волк, всё может закончиться плохо. Надо что-то придумать.
Серый выбежал на поле:
– Не ругайтесь. Пусть Горыныч встанет на ворота.
Змей выглядел очень смущенным. У него покраснели щеки, а кончик хвоста нервно подметал траву на поле.
– Ворота – это важно, я понимаю. Но давайте я лучше буду нападающим. Это у меня наследственное. Мой папка раньше часто нападал на деревни и дворцы. Хобби такое было. Всё равно никого не ел. Иногда украдет царевну и ждет, пока какой-нибудь Иван Дурак придет. Он царевну Дураку в руки вручал и Ковер-Самолет дарил. Мне папка так рассказывал. Может, приврал. Но нападал он точно. А у вас еще мячи остались?
Все переглянулись.
– Ничего не осталось! – вопил Черномор. – Нам теперь за этим зайцем всю жизнь ухаживать! Я на такое не подписывался. Богатыри для себя покрали, а убирать кто будет? Как всегда, самый ответственный. Точнее, единственный.
– Пожалуйста, не ругайтесь! – на уровне травы вдруг раздался звонкий голос. – Возьмите лучше это хлебобулочное изделие. Совсем свежий, только что принесла для вас!
Посреди окончательно развернувшейся Самобранки лежал румяный Колобок с отсутствующим взглядом. Богатырь без лишних церемоний подхватил его:
– Вот сейчас тебя вон в те ворота ка-а-ак забьем!
В ту же секунду Колобок ожил и будто прозрел. Почему в те? Зачем вообще в ворота? Пора самому решать, куда катиться! Из вредности и принципа одновременно он спрыгнул на поле и устремился к воротам витязей. Сбив по пути с ног троих защитников, он обогнул Черномора и забил собой первый в истории хлебобулочный гол.
– Веди себя как приличный мяч! – возмущались игроки.
– Ну уж нет! – рявкнул колобок голосом саблезубого тигра, идущего к стоматологу. – Я вам не коржик для битья! Я с вами совсем уже докатился! Но с этого дня сам принимаю решения!
С этими словами Колобок торжественно запрыгнул на руки к Пете.
– Не бойся. Мы тебя в обиду не дадим, – пообещал мальчик.
– За неимением инвентаря матч объявляется оконченным! – с облегчением резюмировал Волк.
Черномор не скрывал радости от того, что пушистый трофей – больше не его забота. Он подошел к Кощею и протянул ему зайца:
– Забирай. Я от этой ответственности устал. Изловит его кто – ты помрешь, а мне потом всю жизнь себя корить.
Тут Кощеи кинулись друг на друга, кто-то из них даже футболки с себя посбрасывал. И не заметили Бессмертные, как случайно слились в одного.
– Вот это фокус! – Горыныч снова взял пилу в руки. – Хочешь, я тебя обратно на двенадцать частей разделю?
– Ну уж нет! Я теперь един и неповторим. Во всей своей многогранности.
Кощей ощупывал себя, всё еще не веря внезапному счастью.
– Вот теперь он действительно разобрался в себе! – гордо промурлыкал Кот. – Спасибо мне!
– Спасибо тебе и от нас, – хором поддержали богатыри. – За сплочение коллектива!
– Это у нас тимбилдингом называется, – добавил Петя. – Я вам потом об этом книжку дам почитать.
Витязи на радостях обнялись с Горынычем и отправились спиливать деревья, чеканя шаг. А вот с Кощеевой радостью что-то произошло. Он вертел зверушку в тощих руках и беспокойно хмыкал себе под нос. Осмотрел заячьи уши. Поворошил шерсть. Потом и вовсе принялся натирать
