Охота на бизонов, или Неукротимая тяга к знаниям - Сергей Георгиевич Георгиев
– Точно! – обрадовался Мымриков. – Помню, любимое твоё, Фунт, место отдыха от всего на свете! Значит, из ворот зоопарка появляется сводный оркестр ручных бегемотов – с барабанами, дудками, трещётками и пищалками! С аккордеоном и скрипкой, наконец! Бегемоты поют…
Троечник Фунтов тряхнул головой, будто прогоняя наваждение, и открыл глаза.
– С чего это они все у тебя распелись? – поинтересовался он. – И при том сплошные бездельники! Весь день бессмысленно слоняются по улицам, как неприкаянные!
– Какой именинник – такой и день рождения, – объяснил Мымриков. – От радости поют, должно быть…
– Ясно, – улыбнулся именинник Фунтов. И безо всякой паузы предложил:
– Приходи ко мне сегодня после уроков, хорошо? В гости! Мама торт купит, чаю попьём…
От таких негромких слов лучшего друга обычно несгибаемый Мымриков вдруг рассиропился.
Он облизал губы, набрал в грудь побольше воздуха, чтобы сказать Фунтову очень многое и сразу.
Что больше всего на свете он любит как раз тортики с чаем!
И что подарок на день рождения уже приготовил!
А уж посидят они за столом с именинником интеллигентно и культурненько, будьте уверены!
Ха, и пусть себе эти невоспитанные бегемоты напридумывают тут всякого: им бы только по улицам шастать, народ пугать! Пускай топают и топают, как слоны, только где-нибудь в другом месте! С песнями и плясками!
Вместо всего этого Мымриков сказал просто:
– За мной не заржавеет!
Сумма квадратов
Как-то на уроке зоологии ученик Пёрышкин вообразил себя птицей, ясным соколом.
Сокол взмахнул крылами, выпорхнул в открытую форточку и взмыл под облака.
Биологичка Нина Николаевна, не прерывая объяснения нового материала, немедленно вообразила себя белой лебёдушкой и устремилась вслед за Пёрышкиным.
– А расскажи-ка мне, Вася, об устройстве хвостового оперения птиц семейства куропаток! – набрав высоту, обратилась она к Пёрышкину.
– Нам, соколам, такие подробности знать совсем не обязательно, – отвечал ученик. – Мы, гордые птицы, знай себе машем крыльями почём зря и летаем, летаем, летаем!..
– А вот и нет! – горячо возразила лебёдушка Нина Николаевна. – Потому что встречаются среди птиц виды, которые в принципе не могут летать! Пингвины, к примеру, не летают!
– Почему это не летают? – удивился Пёрышкин. – Вот, пожалуйста!
И указал крылом.
Навстречу как раз летели два пингвина, Илья Мымриков и Олег Фунтов.
Биологичка негромко ойкнула, сложила крылья и круто спикировала обратно в класс.
– Потому что квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов! – успел из-под облаков крикнуть вслед Нине Николаевне ясный сокол, ученик Пёрышкин.
Не зря же он, в самом деле, шесть лет проходил в школу.
Я больше не буду
Вечный двигатель
На уроке физики ученик 6-а класса Василий Суворов сочинял стихи. Всё бы ничего, только учительница Анастасия Фёдоровна это заметила, отобрала у Васи тетрадку с черновиками и написала замечание в дневник.
– Так, хорошее дело, – сказал вечером отец поэта. – А почему на физике? Почему ты не выбрал для такого занятия, скажем, урок литературы, что было бы… хм… вполне логично?
– Нет… – Василий смущённо помотал головой. – Что ж я, не понимаю?! Там Пушкин… Маяковский… Лермонтов Михаил Юрьевич! Даже как-то неловко!..
– Угу, – начал разбираться в ситуации добрый папа. – Вот на физике – ловко, там Пушкина с Лермонтовым и близко нет!
– Конечно, – подтвердил ученик 6-а класса. – Бойль с Мариоттом да ещё Ом этот самый – тоже мне поэты!
Скорей всего, на этом разговор бы и закончился. Но папа зачем-то решил уточнить:
– А на уроках литературы ты, сынок, естественно, изучаешь только великую русскую литературу?
– Не только… – честно признался Вася. – Вечный двигатель недавно изобрёл… Как раз на литературе… Полгода назад…
– Вечный двигатель?! Что за глупости! – возмутился образованный отец. – Полная ерунда! Разве ты до сих пор не знаешь, что вечный двигатель невозможен в принципе?!
– Да знаю, конечно, – грустно согласился незадачливый изобретатель. – Я ж так, не всерьёз… Понимаешь, папа, он у меня уже полгода крутится, а как его остановить – так ничего до сих пор и не придумалось…
Тем же вечером физичка Анастасия Фёдоровна заглянула в тетрадку с черновиками ученика 6-а класса Василия Суворова и прочитала несколько стихотворений.
Стихи ей очень понравились.
Бегемот чихнул!
В Москве выпал первый снег.
Сразу всё вокруг стало удивительно красивым, только вот в зоопарке тут же слегка простудился бегемот по имени Нестор.
Нестор широко разинул свою розовую пасть и громко чихнул:
– Ап-чхи!
Тряхнуло так, что прибежал директор зоопарка и напрямик спросил:
– Вы на что намекаете, дорогой бегемот? Наш зоопарк – один из лучших в мире!
Нестор простужено засопел в ответ и чихнул ещё раз:
– Ап-чхи!
– Не ожидал от вас! – развёл руками директор. – Москва – удивительный город! Да, случается изредка давка в метро – и только…
– Ап-чхи! – опять чихнул в ответ бегемот Нестор.
Директор зоопарка сообразил, что дело серьёзное, общими словами не отбояриться. Он немедленно отправился в ближайшую среднюю школу, под номером 1587.
Завуч образцовой средней школы, выслушав директора зоопарка, схватилась за голову.
– Уже и бегемоты начали понимать, что где-то и что-то у нас в любимой столице не в полном порядке! – ахнула мудрая женщина.
Естественно, вопиющий недостаток быстренько обнаружили: ясное дело, недостаток знаний у одного из школьников!
Страшно сказать, но только ученик 5«Д» класса Плюшкин к двенадцати годам жизни ещё не решил правильно ни единого уравнения с двумя неизвестными!
Он был один такой в своём роде, этот Плюшкин! Уникум!
Просто никаких других недостатков в Москве давно уже не наблюдалось!
– А чего я-то? – уныло переспросил пятиклассник Плюшкин, но отпираться не стал. – Кроме меня, и спросить не с кого?!
– Будь здоров, бегемот Нестор! – решили всем педагогическим коллективом.
И взялись за Плюшкина.
Всего за каких-то 15–17 дней нерадивый ученик самостоятельно одолел-таки свою первую в жизни заковыристую задачку!
Как раз к этому времени позвонили из зоопарка: чудеса, с утра бегемот Нестор пошёл на поправку, затем перед обедом с аппетитом съел 47 килограммов аспирина – и тут же полностью выздоровел!
– Дело сделано! Можете оставить этого вашего балбеса в покое, – разрешил директор зоопарка. – Я имею в виду Плюшкина! Вместе с его интегралами и
