Начинающие детективы. Не нахожу Жужу! - Аньес Ларош
Его взгляд смягчился, а Анатоль фыркнул:
– Подлиза!
Потом брат вышел из-за стола, бросив салфетку на пол.
– Лишён компьютера на неделю! – загрохотал папа.
Мама добавила:
– Самюэль, пожалуйста, после еды убери со стола и загрузи посудомоечную машину.
Я чуть было не закричал, что это не моя очередь, но искорки в глазах моего отца подсказали, что мне лучше промолчать. Если, конечно, я не хотел дежурить всю неделю.
Вернувшись к себе в комнату к девяти часам, я бросился к окну.
Обе сестры стояли на балконе.
– Не очень-то ты торопился, – фыркнула Нина.
– Новости есть? – спросил я, сложив руки рупором у рта.
И тут, к моему огромному удивлению, они ответили утвердительно.
Нина подтолкнула Агату локтем.
– Давай, расскажи ему.
– В парке я тоже кое-что нашла, но забыла вам сказать об этом. Всё из-за этих ключей, – призналась она, теребя косу.
– Браво, умный ход, – подтрунивала Нина.
– И что же это было? – спросил я.
– Семечки подсолнечника под скамейкой Жужу. А ещё они были на всём пути до выхода из парка. Потом, когда мы пошли к ней домой, мы повернули направо, и там их уже не было. Но, может быть, если посмотреть слева, то там что-то есть.
Потрясающе.
Сначала ключи, теперь семечки…
Жужу однозначно оставила следы, чтобы можно было последовать за ней.
На этот раз сомнений не осталось – ей грозила опасность!
Советы Анатоля
Мы с подругами довольно долго беседовали через балкон и приняли решение.
Завтра, как только рассветёт, мы пойдём по следу из подсолнечных семечек. Он, конечно же, приведёт нас туда, где её держат взаперти, и тогда…
Нам пришлось замолчать, потому что Анатоль открыл окно.
– Вы когда-нибудь заткнётесь? Нельзя спокойно почитать! – раздражённо сказал он.
Что-что?
Ну и врун! Кроме комментариев своих друзей в соцсетях, он никогда ничего не читает. Я готов был биться об заклад, что он прилип к своему компьютеру, пользуясь последними минутами, пока папа не пришёл его выключить.
А вообще-то, компьютер…
– До завтра! – крикнул я девочкам.
И вот я уже стучусь в комнату брата.
– Нельзя, – процедил он.
– Открой, пожалуйста, мне нужна твоя помощь, – настаивал я жалобно.
Он не выдержит, вот увидите.
– Ладно, входи, – проворчал он.
Вот так!
Я подкатился к кровати, где он полулежал с компьютером на коленях.
– С Жужу случилось кое-что серьёзное, – объявил я самым драматическим тоном.
Он хорошо её знает, так что я всё ему рассказал и подытожил:
– Ты можешь нам помочь отыскать её!
Я протянул ему фотоаппарат.
– Напечатай несколько экземпляров фотографии Жужу. Завтра утром мы с девочками пойдём по следу из подсолнечных семечек и, если ничего не найдём, покажем её фотографию всем жителям квартала. Наверняка кто-то видел её вчера после 18:30.
Он скептически поморщился.
– Хм, не уверен.
Он в задумчивости запустил руки в свою спутанную шевелюру.
– Есть одно условие. Если завтра к полудню у тебя не будет никаких новостей, мы обо всём расскажем родителям. Они решат, надо ли звонить в полицию. Согласен?
Должно быть, у меня было очень странное выражение лица, потому что он сразу добавил:
– Не волнуйся. Жужу не из тех, кто даст себя в обиду. Уверен, что с ней всё хорошо.
Между тем он тоже отнёсся к этой истории со всей серьёзностью.
Мы ударили по рукам, и я развернулся к двери.
Когда я был уже на пороге, он добавил:
– Эй, Самюэль, не стоит тебе играть в детектива, у тебя нет подходящей экипировки. Как знать, это может быть опасно…
Анатоль, хоть и не показывает вида, всегда беспокоится обо мне. Под тем предлогом, что я прикован к креслу, он считает, что я очень уязвим.
Я уязвим?
Разумеется, нет!
Нет подходящей экипировки?
Разумеется, есть!
План Б
На следующий день утром, около 8 часов, я встретился перед домом с Ниной и Агатой.
Мы сломя голову понеслись по улице, Агата кричала: «Осторожно, это опасно», а я выиграл гонку.
Самюэль – Нина: 2:0.
Перед входом в парк Тромпетт Агата наклонилась к земле, а потом с облегчением произнесла:
– Уф, они ещё здесь, я боялась, что птицы всё склюют.
Действительно, слева на земле тоненький след из семечек подсолнечника указывал нам путь. Даже не понадобилось доставать лупу с максимальным увеличением, которую я прихватил на всякий случай.
Мы молча дошли по следу до перекрёстка – от волнения сердце готово было выскочить из груди.
И вдруг – катастрофа!
Прямо посреди пешеходного перехода след из семечек исчез.
Мы перешли улицу. На другой стороне, на тротуаре, не было никаких следов.
Мы переглянулись, и Нина предположила:
– Может, её похитили инопланетяне?
– Перестань, ты меня пугаешь, – оборвала её Агата.
– Да ну тебя, уже и пошутить нельзя.
Я достал из своего кармашка на кресле фотографии, которые вчера вечером Анатоль распечатал и подсунул мне под дверь.
– Переходим к плану Б: поиск свидетелей.
– Я ни за что не смогу заговорить с незнакомыми людьми, – прошептала Агата.
– Сможешь, смотри, это совсем не трудно, – отозвалась её сестра.
И она, с фотографией наперевес, направилась к первому встречному.
– Простите, вы вчера или позавчера вечером не видели эту даму?
Человек отшатнулся и пошёл дальше, ничего не ответив.
С двумя следующими прохожими было так же.
– Хм, может быть, это не так просто, – признала Нина, немного обиженная.
– Погоди, теперь я попробую, – предложил я. – Я в кресле, и люди не осмелятся проигнорировать меня.
Это одно из немногих преимуществ моего положения. В основном взрослые со мной вежливы, и, должен признаться, иногда я этим пользуюсь.
И это сработало!
Все прохожие останавливались.
А девочки тем временем звонили в двери и показывали фотографию тем, кто открывал.
К сожалению, было уже 9:30, а нам никто ничего не рассказал.
Мы с Ниной переглянулись – мы устали и были раздосадованы.
– Эй, надо продолжать, нельзя так всё бросить, – заявила Агата. – Мы должны спасти человека!
Она была права, нельзя было махнуть рукой на Жужу.
Мы свернули направо, на улицу Дидро́.
Результат: всего трое прохожих, две открытые двери и никаких сведений.
Потом аллея Монтескье́ – то же самое!
Почти отчаявшись, мы свернули в тупик Бомарше́, и тут нас обогнала спешащая дама.
У меня сердце ёкнуло.
На шее у неё был большой оранжевый платок, развевавшийся на ветру, – он был украшен
