Зелёные против «зелёных» - Ирина Лейк

– Нет, я не про новости. Я вообще. Ну, мало ли, вдруг тебе кто-то что-то сказал про то, что ему тесно и чтобы мы потеснились.

– Ух ты! – заинтересовался Жорж. – Это ты про кого сейчас? Кто это всех вытесняет? Кто у нас интриги плетёт?

– Да никто ничего не плетёт! – почти разозлился Кирилл. – Просто у тебя такой хороший слух, мимо тебя и муха не пролетит.

– Не пролетит! – вдруг всхлипнул Жорж. – Ни одна! Они даже не думают пролетать. Хоть бы одна пролетела-а! До чего же я несчастный, Кирилл.

И в этот момент кто-то опять прошептал Кириллу:

– Мес-с-сть…

– Вот! – воскликнул Кирилл. – Вот опять! Что это сейчас было?

– Это увлажнитель включился, – пожал плечами венерина мухоловка Жорж. – Ну и наши хором поют.

– Спасибо, – недовольно поблагодарил его Кирилл и отправился дальше.

Но обход территории и опрос зелёной мафии ничего ему не дали. Загадочный голос в правом ухе продолжал его преследовать и произносил всё новые и всё более странные фразы. То ему было тесно, то он хотел кому-то отомстить, то велел Кириллу убираться. То вдруг начинал просить воды. Кирилл решил было, что это очередные выходки лотоса Сушила, но тот вовсю кокетничал с фиалкой Наталкой и учил её танцевать индийские танцы.

– Жаж-ж-жда… Как ж-жарко! – голос стал громче, а Кирилл не на шутку встревожился.

На всякий случай он уселся под увлажнитель в дальнем углу комнаты и стал думать, что это может быть, но ничего конкретного так и не пришло в голову, поэтому он убедился, что его никто не слышит, и тихонько спросил:

– Эй! Ты кто?

Сначала голос молчал, причём довольно долго, и Кирилл даже обрадовался, что наваждение исчезло, но потом у него в правом ухе вдруг отчётливо прозвучало:

– Монс-с-стр… Приз-з-зрак…

– Ой мамочки! – вскрикнул кактус Кирилл и чуть было не опрокинул увлажнитель. – А что тебе от меня нужно? – спросил он, осмелев, через некоторое время.

– Выпус-с-стите… Рас-с-ступитесь… Ус-с-ступите… Мес-с-с-сть! – сказал голос громко и отчётливо, и Кирилл понял, что же он ему напоминает: он звучал так, будто совсем рядом шуршали сухие листья. – Мес-с-сть! – сказал голос ещё громче. Кирилл от ужаса выскочил из своего укрытия и помчался туда, где невозможно было расслышать ничего другого, кроме дурацких песен, – на репетицию хора.

Он очень надеялся, что этот странный шуршащий призрак испугается горластых певцов, у большинства из которых не было ни голоса, ни слуха.

– Грустили и хвора-али, пока искали ка-алий!

Как только мы его нашли, все бутонами пошли! —

вопил что было сил хор.

В другой раз кактус Кирилл непременно разнёс бы их в пух и прах за такой дурацкий текст: что это ещё за «бутонами пошли»? Но сейчас ему было не до того. Он сразу же направился к бонсаю Покусаю, который дирижировал этим разномастным концертом самозабвенно и со счастливой улыбкой. Кот Мурзик лежал рядом, закрыв лапами уши, – он явно страдал, но ему было лень вставать и уходить.

– Покусай! – крикнул Кирилл.

– А? – повернулся к нему бонсай, продолжая дирижировать.

– Любви моей причина – медь и мочеви-и-ина! – спели солисты.

– Можно мне с вами? – прокричал Кирилл.

– Какой ты молодец! – просиял Покусай и кинулся обнимать кактуса, отчего весь хор сбился, а банан Степан обиженно заорал:

– Азот тебе в рот!

– Простите, друзья, мы сейчас продолжим, – сказал бонсай Покусай. – Вот, держи слова и ноты, – и протянул Кириллу несколько листков. – Вставай вон туда, рядом с Мальвой и Антошей.

Кактус Кирилл забрал у него тексты и ноты оперы и направился к остальным, но тут монстр в ухе прошелестел:

– Мес-с-сть… Я буду мс-с-стить…

– Давайте скорее петь! – закричал Кирилл и быстро полез на табуретку рядом с пальмой Мальвой.

– Как я рад, что у тебя такой настрой, – похвалил его Покусай. – Итак, продолжаем! – и взмахнул тонкими веточками.

– Ты и я, ты и я любим удобрения! – несколько раз повторил хор, и голос в правом ухе кактуса Кирилл мгновенно утонул в воплях его друзей. Кирилл оживился и подхватил вместе со всеми:

– Для красоты и роста принимайте фо-о-осфор!

Для набора веса принимай желе-е-езо!

– Монофосфат, монофосфат! Как я весел, как я ра-а-ад! – пел Кирилл как можно громче, только бы раз и навсегда выгнать из головы противное шипение.

Но тут:

– С цинком больше не грущу! – пропел хор, но вместо «Листья новые ращу» у Кирилла вдруг вырвалось:

– Готовьтесь, я вам отомщу!

– Ой! – сказали все и посмотрели на него с недоумением.

– Кирилл, ты чего? – спросил бонсай Покусай. – Там же совсем другой текст. Что с тобой?

Но Кирилл ничего не ответил, бросил ноты, спрыгнул с табуретки и помчался к себе на подоконник. Не мог же он признаться, что эти слова подсказал ему странный призрак, засевший в его колючей голове. И как теперь выгнать его оттуда? Спрашивать совета у зелёной банды-команды кактус Кирилл не решался: после утренней истории с двойниками они бы наверняка не стали его слушать, а то и подняли бы на смех. Оставалось только одно – набраться терпения и дождаться Юру.

Однако ждать Юру, сидя в горшке и затыкая уши, было просто невыносимо. Монстр разошёлся не на шутку: свистел, шипел и выкрикивал что-то то ли про жажду и месть, то ли про жажду мести. Кирилл чуть не сошёл с ума и понял, что ему немедленно нужно с кем-то посоветоваться, иначе он просто не выдержит.

– Розалия Львовна, – позвал он.

– Следующий! – отозвалась китайская роза. – Ой, то есть что ты хотел, Кирилл? Прости, это я по привычке, мне показалось, что я опять в регистратуре, а там вечно очередь.

– Вы же у нас такая мудрая, вы всё на свете знаете, – начал Кирилл с комплиментов.

– Ну, дружочек, поживёшь с моё, тоже будешь опытным и мудрым. Хотя в поликлинике, конечно, опыт ого-го – там один год за два идёт из-за нервов и вредности.

– Вот я про это как раз и хотел спросить. – Кирилл подсел поближе.

– Про трудовой стаж? Или про вредность? – удивилась Розалия Львовна. – Так вся вредность в основном была от сотрудников, ну и от пациентов тоже перепадало, я же тебе рассказывала: то сумки на меня вешали, то чайную заварку выливали…

– Нет, я про другое, – быстро перебил её Кирилл, пока Розалия Львовна окончательно не ударилась в воспоминания. – А вот скажите, были ли у вас в поликлинике… – он понизил голос, посмотрел по сторонам и тихо сказал: – …привидения?

– Привидения? – громко переспросила Розалия Львовна. – А как же! Этого добра, мой милый, в любой поликлинике с лихвой хватает. Особенно в регистратуре. Там