Зелёные против «зелёных» - Ирина Лейк

– Я тоже считаю, что нам нужно немножко потерпеть, – решил Юра. – Давайте попробуем не обращать на него внимания. Спокойной всем ночи.

Но спать этой ночью никому не пришлось. Сушил пел, танцевал и пытался продать всё, что нашлось в аквариуме. Он выплескал из него почти всю воду и выкинул все камни. Рядом на полке он нашёл Юрин старый брелок с колокольчиком и начал не просто петь, но ещё и звенеть. В конце концов Юра вскочил с постели, включил свет, а кактус Кирилл спрыгнул со своего подоконника, по пути потеряв бейсболку, и оба они одновременно закричали:

– Хва-тит! Пе-ре-стань!

И тут случилось чудо. Пение, танцы и крики «Купи песок! Купи рыбу!» мгновенно прекратились. Сушил вдруг застыл и, как зачарованный, уставился на Кирилла. На несколько минут в комнате повисла мёртвая тишина.

– Вы что там, его задушили? – тихо спросила с потолка лиана Диана.

А лотос Сушил вдруг медленно произнёс:

– Ты великий учёный! О великий жрец! – и склонился перед Кириллом в глубоком поклоне.

Тут все остальные тоже посмотрели на Кирилла и охнули: на лбу у круглого кактуса больше не было бутона, теперь там сиял ярко-красный цветок.

– Что? – спросил кактус Кирилл, который совершенно опешил от реакции лотоса Сушила и никак не мог понять, почему все на него так смотрят.

– Вот, – тихо сказал ему лимон Филимон и протянул леечку, чтобы Кирилл мог посмотреть на своё отражение.

– А-а-а! – закричал кактус Кирилл, и леечка громыхнулась на пол. – Что это? Цветок?

– Он очень красивый, честное слово! Даже красивее моих! – быстро затараторила орхидея Галатея.

– Правда, Кирилл, тебе очень идёт! Он просто как… как звезда! – вторила ей лиана Диана.

– Очень стильный! Да-да! Правда красиво! – кивали изо всех сил фикусы Вениамин и Валентин.

– Настоящий мужчина может позволить себе украшения. Они подчёркивают его силу, – убедительно сказал бонсай Покусай.

– О великий! – воскликнул Сушил.

Все резко замолчали, а лотос снова поклонился.

– Кирилл, – шёпотом позвал Юра. – Может, ты с ним поговоришь? Похоже, ты для него авторитет. Или ты его загипнотизировал, я уж не знаю!

– Пожалуйста! – подключились все.

– Ну ладно, – сказал Кирилл. – Так и быть, я попробую. Всё равно хуже уже не будет. – Он потрогал красный цветок у себя на лбу, всхлипнул и произнёс: – Поднимись, Сушил. Не нужно кланяться. Я – твой друг.

– Не может быть, – едва слышно ответил лотос Сушил. – Какая великая честь! Сам верховный жрец назвал меня другом. Какое счастье! Я самый счастливый лотос в мире!

– Да, ты мой друг, – продолжил Кирилл, который, похоже, начал входить в роль. – Но мы с тобой сможем дружить, только если ты перестанешь хулиганить.

– Перестану! – кивнул лотос всеми цветами.

– И перестанешь громко петь по ночам, и вообще не будешь петь, если никто не хочет, чтобы ты пел.

– Перестану! – пообещал лотос.

– И больше не будешь продавать никому камни и рыб!

– Да! Да-да-да! Не буду!

– Тогда с этого момента я торжественно объявляю тебя своим другом! – провозгласил кактус Кирилл, а лотос разрыдался от счастья.

– Вот и прекрасно, – вздохнул с облегчением Юра. – А теперь давайте, пожалуйста, поспим. У меня совершенно не осталось сил.

Следующим утром и Юра, и зелёная мафия обнаружили Кирилла возле аквариума. Оказалось, они с лотосом Сушилом проговорили всю ночь, и оба были в прекрасном настроении. Они болтали обо всём на свете, как старые добрые приятели. Сушил рассказал Кириллу, что раньше он жил в жаркой Индии под палящим солнцем, где зрел в «коробочке» – так называют соцветие лотоса. Но однажды кто-то грубо вытряхнул его оттуда, и Сушил так испугался, что потерял сознание, а когда пришёл в себя, то оказался в кромешной темноте, а вокруг галдели его многочисленные братья и сёстры. И он тоже начал говорить без перерыва, пока не превратился в сухое семечко.

– Подожди-ка, – перебил Сушила Юра. – Но ведь сейчас ты нормально разговариваешь, не скачешь, не танцуешь и не поёшь.

– Да, – потупился Сушил. – Простите меня, на меня иногда такое находит. Стоит мне сильно испугаться, и я как будто превращаюсь в кого-то другого.

– Ясно, – тихо вздохнул папоротник Демьян. – Раздвоение личности. Этого ещё не хватало.

– Простите, – вздохнул лотос. – Да, наверное, так и есть. В такие моменты в меня как будто вселяется моя троюродная прабабушка, а она очень сильно любила петь, танцевать…

– И всё время что-то продавала, – добавила лиана Диана, и остальные рассмеялись.

– Видишь, Кирилл, а ты зачем-то переживал из-за своего цветка! А он, оказывается, способен вылечить даже лотос с раздвоением личности, – констатировал лимон Филимон.

– Всё дело в том, – объяснил Юра, – что на родине Сушила красные точки на лбу могут носить только самые умные и уважаемые люди.

– О да! О да! – подхватил лотос Сушил. – Только самые великие мудрецы, жрецы и учёные!

– Ну вот, Кирилл, а ты расстраивался! – крикнула сверху лиана Диана.

– И вовсе я не расстраивался, – как ни в чём не бывало ответил кактус Кирилл. – Я всегда знал, что я самый особенный. И самый мудрый. И только попробуйте со мной поспорить! – пригрозил он всем маленьким колючим кулачком.

Но никто и не думал этого делать. Все были ужасно рады, что лотос Сушил перестал хулиганить и оказался милым и симпатичным растением. А кактус Кирилл больше не расстраивался из-за своего цветка. Вот так закончилась ещё одна история, которая приключилась с ботаником Юрой и его зелёными друзьями. А что будет с ними дальше, вы узнаете уже совсем скоро.

Глава 7

– Юра? Юра! – тихо позвал как-то вечером папоротник Демьян. – У тебя больше не осталось тех журналов с красотками-моделями?

– Что ещё за журналы такие? С какими красотками? – не понял Юра.

– Это он про брошюры из садового центра, – пояснила орхидея Галатея. – Мы для него, видите ли, недостаточно хороши, ему настоящих моделей подавай.

– А, так это ты утащил у меня каталог «Семена»! – рассмеялся Юра. – А я его везде ищу, найти не могу.

– Ну да, – потупился папоротник Демьян. – А что такого? Там все такие красивые! У всех такие листья, такие цветы! Что, я не могу полюбоваться?

– Да они все ненастоящие! – всхлипнула вдруг герань Антонина. – Это фотошоп! Не бывает таких идеальных растений.

– Точно! – поддакнула Розалия Львовна. – Фотошоп и декоративная косметика. А если их умыть хорошенько, то там три листочка бледных, небось, и полтора цветочка останется! И веточки тонюсенькие: тронь – и переломится. Глянуть не