«Служба Ненужных Посылок» - Дарья Романовна Герасимова
Рядом с контейнерами сидели более молодые лешаки. У некоторых на ветках чуть шевелились нежные светло-зелёные листья. Лешаки брали из контейнера коробки или пакеты, что-то отмечали в ноутбуках перед собой и складывали всё на движущуюся ленту.
Коробки и посылки с движущейся ленты забирали более старые лешаки. Вот лешак с раскидистыми ветками-рогами взял большую коробку. Замер, держа её в руках-ветках и словно прислушиваясь к тому, что происходит внутри, что-то пробормотал себе под нос. Потом аккуратно открыл. Вынул из неё несколько баночек-колб с яркими птичьими перьями, прикрепил к ним какие-то бирки, что-то написал на них. Потом поднялся, собрал всё многочисленными руками-ветками и неторопливо понёс к стеллажу с надписью «Сувениры».
Рядом другой лешак вытряхнул из коробки стопку обычных полотенец и прихваток и теперь раскладывал их на полках с надписью «На продажу». Третий доставал из коробки пакетики с гвоздями и шурупами.
Остальные лешаки тоже были заняты делом.
Неподалёку от стола, у старинного шкафа, стояла знакомая Киту Людвига Ивановна. На этот раз на ней не было привычных лётных очков, шлема или перчаток, только высокие ботинки, длинный жилет и ярко-белая рубашка с кружевными манжетами. Кит не обратил бы на эти кружева никакого внимания, если бы Яника восхищённо не пискнула:
— Вау! Это же ручная работа, восемнадцатый век!
Людвига Ивановна жестикулировала, что-то эмоционально объясняя стоящему перед ней Серафиму Павловичу Волк-Лесовскому, начальнику сортировочного пункта «Андроновка». Кит сталкивался с ним несколько раз. Первый раз — когда по посёлку летали Призрачные Совы, а из их посылки просыпался звёздный порошок. Потом — когда кто-то решил переслать по почте синелапых речных кур и они разлетелись по всему почтовому отделению.
— Нет, я считаю недопустимым, что книги у вас тут пылятся годами! Что значит «через сто лет они станут дороже»? Да их тогда вообще никто не будет на бумаге читать! Я сама теперь большую часть книг смотрю в интернете! Значит, будем потихоньку разносить по разным книгообменникам. Пусть живут дальше! А одежда? Зачем её хранить в таких количествах? Можно же отдать, ну не знаю, в театры, в фотостудии! В конце концов, — Людвига Ивановна внимательно посмотрела на работающих лешаков, — можно посадить кого-то всё лишнее фотографировать и продавать через «Открыто» или похожие порталы.
Серафим Павлович пыхтел от возмущения, охал, хватался за сердце. Заметив Кита с Яникой, переключился на них.
— Вот! Вот про это я вам тоже говорил утром! Все отделения как отделения! Раз в месяц привозят нам ненужные посылки. А эти, из сто тринадцатого, привозят их только в конце года! А если там что-то опасное? Если что-то требует срочного решения?
Людвига Ивановна наклонила голову и строго посмотрела на Кита.
Кит не знал, как часто по правилам надо отвозить ненужные посылки.
— Да мы, это… обычно сами с таким справляемся. — Он снова вспомнил белого тигра в цветочках, за которым не пришёл хозяин. Тигр уже год прекрасно жил у Милы с Омутовым. И с посылкой, меняющей цвет, они сами разобрались!
— Да, у вас там опытный начальник! — хмыкнула Людвига Ивановна. — Выгружайте всё, что привезли, во-о-он в тот контейнер! — Она показала на свободную металлическую корзину на колёсиках.
Кит отнёс мешок туда, куда ему указали, переложил из мешка коробки и пакеты, с некоторой опаской поглядывая на сидящего рядом с контейнером лешака.
Яника в это время рассматривала мелкие предметы на стеллажах.
— А куда потом это всё девается? — спросила она.
— Посылки разбирают, сортируют. Обычные предметы, которые иногда посылают Волшебной почтой, уезжают в секонд-хэнды. Что-то старое — в антикварные магазины. Простые предметы с волшебной составляющей, которую не получается изменить, можно потом купить в нашем магазине. А что-то уж совсем интересное попадает на аукцион…
— Что значит «изменить волшебную составляющую»? — заинтересовался Кит.
— Лешаки чувствуют, если в предмете есть магия, волшебство, некая дополнительная энергия от эмоций, которых в обычном предмете не бывает. Если этой энергии мало, лешаки вытягивают остатки. Подпитываются ею. Им только хорошо от этого, вон, зима, а на некоторых листья зеленеют! — Людвига Ивановна прищурилась и строго посмотрела на лешаков.
— А если энергии много? — спросил Кит.
— С теми предметами, где энергии больше, всё сложнее. Надо разбираться, хорошая там энергия или такая, которую нужно нейтрализовать. Если там что-то хорошее — оставляют, пусть помогает новому хозяину. Если негативное, то убирают. Разное, ох, разное иногда посылают, — Людвига Ивановна хмыкнула, с неодобрением разглядывая высокие красные сапоги, которые выпали из коробки у одного из лешаков и теперь весело прыгали на столе.
Кит обернулся. Сапогам стало скучно топтаться на месте, и они бодро зашагали по столу, пока их не сцапал бородатый растрёпанный лешак. На мгновение лешак замер, к чему-то прислушиваясь. Потом достал из-под стола большую зелёную коробку, спрятал в неё сапоги.
— Вот, смотрите! Они замирают, прислушиваются и, если могут, в этот момент нейтрализуют то, что у них в руках!
Но в сапогах, по-видимому, оказалось много энергии. Сапоги продолжали стучать и прыгать в коробке. Лешак поднялся и с невозмутимым видом понёс коробку в конец стола, к более молодому сотруднику.
— Сейчас они всё зафиксируют, запишут, и, скорее всего, обувь отправят на аукцион, — пояснила Людвига Ивановна. — Всё же нечасто попадается старинная вещь такой восхитительной бодрости и здоровья!
Кит снова оглядел зал, потом спросил:
— А почему вы этим занимаетесь? Ну то есть… это… вы же раньше посылки отвозили…
— Осенью решила поменять работу. Возраст уже не тот, молодой человек, чтобы каждый день, и в дождь, и в снег, летать с пакетами и коробками! К тому же в нашем почтовом отделении наконец нашли нескольких курьеров! А Серафим Павлович давно предлагал пойти в Службу Ненужных Посылок. Раньше он один всем занимался, но последние пару лет тут совсем аврал, посылок, за которыми никто не приходит, стало больше. Так всегда бывает в сложные времена, вот он и предложил мне заведовать этим отделом. Хорошая работа! Мне нравится! А какие к нам интересные люди заглядывают на наши распродажи и аукционы! Коллекционеры, собиратели всякой всячины…
— Какие аукционы? — заинтересовалась Яника.
— Каждую последнюю пятницу месяца Служба Ненужных Посылок открыта для посетителей, — ответил Серафим Павлович. — В большом зале, где сейчас работают лешаки, можно купить то, что вы видели на стеллажах.
— А всё необычное, экзотическое или с яркой магией отправляется на аукцион. Он у нас проходит в малом зале, — добавила Людвига Ивановна, махнув рукой
