Почта открывается в полночь - Дарья Романовна Герасимова
— Ноги, говорю, кто будет вытирать? Постелила же специально коврик внизу! Так нет, ходют и ходют, ног не вытирают. Вот чего ты на пороге встал…
— Я это… — начал было оправдываться Кит. — Это… в общем…
— Вы наш новый курьер? — вдруг спросил чей-то строгий голос.
Рядом, непонятно откуда, возникла пожилая, худощавая дама. На ней было синее платье со старомодным кружевным воротничком, на ногах — изящные туфельки. На руках — перстни с огромными камнями. Седые волосы были собраны в высокую причёску. На шее у дамы висела цепочка с двумя маленькими серебряными свистками.
— Вы новый курьер? — ещё раз уточнила она.
— Да, — зачем-то ответил Кит.
— Какое счастье! Я уже думала, до Нового года никто не придёт! София Генриховна, — представилась дама. — Начальница отделения номер сто тринадцать Волшебной почты.
— Кит… Никита. — Кит стянул шапку и начал мять её в руках. — Никита Буранин…
— Вы на своём транспортном средстве прилетели или пришли?
— Э-э-э-э… — Кит замялся, не зная, что ответить.
— Понимаю, в такой снегопад своё жалко гонять. Но учтите, у нас только старые модели. Корпорация «Волшебный транспорт» давно нам ничего нового не поставляла. Пойдёмте.
Кит последовал за дамой через большой зал.
— Надеюсь, хоть этот подойдёт, — услышал он бормотание толстой тётки.
Старик с клеткой и Семихвостов на него даже не посмотрели. Старик что-то шептал тому, кто сидел в клетке. Семихвостов заполнял какой-то бланк.
С противоположной стороны зала оказалось ещё одно помещение, Кит и не заметил сразу, что напротив входной двери есть ещё одна. За ней царил полумрак, пахло машинным маслом и почему-то свежими булочками.
Сначала Кит даже не понял, что именно перед ним. Подумал, что они попали на склад, где хранятся старые металлические фигуры, которые иногда устанавливают на детских площадках. Фигуры напоминали больших птиц с длинными изогнутыми шеями и металлическими крыльями. Посередине каждой фигуры, как бы заменяя её тело, был закрытый стеклянный или пластиковый пузырь, в котором располагались два кресла и пульт управления.
— Я думал, у вас тут мётлы какие-нибудь будут стоять… — не удержался Кит.
Дама поджала губы:
— Это же чудовищно неудобно! Дикость какая! Да и кто в нашем климате будет летать на таком опасном виде транспорта? У нас модель «Гуси-Лебеди». Старенькая уже, понимаю. — София Генриховна смущённо кашлянула. — Зато они у нас в хорошем состоянии!
Она несколько раз свистнула в один из свистков, которые висели у неё на шее, и у ближайшего к ним белоснежного Гуся-Лебедя загорелись глазки. София Генриховна сунула руку в жестяную коробочку, стоявшую на полке, достала из неё сухарик и протянула Гусю. Птица изогнула длинную шею, аккуратно взяла сухарик с ладони и начала им хрустеть.
— Опять вы, матушка, их неполезным подкармливаете. Непорядок!
Откуда-то из полумрака вынырнул бородатый человек в очках, джинсах и толстом вязаном свитере с разноцветными оленями.
— Харлампыч, — представился человек и протянул Киту большую руку.
У человека были голубые глаза и большие широкие ладони, испачканные машинным маслом.
— Иван Харлампыч разносит посылки и письма в нашем посёлке.
Кит вдруг вспомнил, что видел летом этого человека на соседней улице. Несколько раз видел. Человек ездил на большом белоснежном велосипеде, к которому спереди и сзади крепились багажные корзины. Корзины всегда были набиты какими-то тюками и сумками. Кит не отличался особой наблюдательностью. Но иногда на этих сумках лежал большой чёрный кот. А кота Кит просто не мог не заметить.
— Да, — хохотнут человек, — меня Гуси-Лебеди не слушаются. Они же детей любят, с ними летают, а мне приходится по посёлку ездить.
София Генриховна взяла с полки небольшую деревянную коробочку, до краёв наполненную маленькими серебряными свистками, и протянула её Киту.
— Попробуйте свистнуть, посмотрим, получится у вас или нет!
Бородатый встал рядом. Ему явно было интересно, что будет дальше.
— Думаете, разбудит? — весело поинтересовался он. — Прошлые пацаны — штук пять уже, да? — не смогли! И девочки не смогли. А ведь хорошие были ребята, правильные. Тебя кто прислал?
Кит не ответил. Он давно решил, что это сон, и больше ничему вокруг не удивлялся. Он молча взял свисток и несколько раз в него дунул. Ничего не произошло.
Он дунул в другой свисток, третий, четвёртый…
Когда Кит подул в последний, длинный и тонкий свисток, сначала тоже ничего не произошло. Железные птицы стояли неподвижно, как раньше. Но вдруг у дальней стены что-то заскрипело, и небольшой Гусь-Лебедь, стоявший в тени, открыл глаза, изогнул шею и внимательно посмотрел на Кита изумрудными глазами.
Бородатый и пожилая дама переглянулись.
Медленно, словно во сне, Кит подошёл к Гусю. Не стоять же просто так, когда тебя рассматривает железная птица! Погладил. Он ожидал, что птица будет металлической, холодной, но неожиданно ощутил под пальцами что-то тёплое и явно живое. Глаза у Гуся-Лебедя светились. Он был немного меньше остальных и выкрашен не белой краской, как все остальные, а серой и тусклой. В нескольких местах краска начала облупливаться.
«Надо будет купить баллончик, подкрасить его, — неожиданно подумал Кит, — а то попался какой-то самый стрёмный из всех».
— Неожиданно… — Казалось, София Генриховна немного напряглась, что именно этот Гусь-Лебедь проснулся от звука свистка. Но потом строгим голосом продолжила: — Как вы знаете, управлять этой моделью не нужно. Вы просто вводите на дисплее адрес — и птица летит сама. Вам нужно отдать часть посылок адресатам, если это срочная доставка и они живут где-то на соседних станциях. Остальные отвезти на ближайший сортировочный пункт. И забрать там почту для нашего отделения.
— А зачем вообще курьер, если птица летит сама?
— Ну должен же кто-то отдать адресату посылку! Оформить посылки и письма на сортировочном пункте, забрать наши! — Дама поджала губы. — Надеюсь, вы справитесь с заполнением бумаг! Договор оформим потом. Испытательный срок — неделя. Сегодня вам нужно доставить одну посылку в Томилино. Ещё пятьдесят пять отправлений — на сортировочный пункт в Андроновке. Это письма и бандероли. Посылок в этот раз нет. Потом надо забрать письма и посылки для нашего отделения. Да, ещё, как Нил Степанович всё оформит, отвезти его посылку профессору, в Москву, кажется, куда-то на Ленинский проспект. Нил Степанович у нас особый клиент. Его посылки мы обычно отвозим сами…
— Иначе они сдохнут от голода, — хохотнул бородатый. Затем смутился под строгим взглядом начальницы. — Ну, то есть… это… я хотел сказать, что у нас же не самая быстрая почта в мире, и курьеры не всегда есть.
София Генриховна ещё раз строго
