За витриной самозванцев - Евгения Михайлова
Поздним вечером Кольцов приехал в кабинет Ильина, чтобы присутствовать на допросе Станислава Лопатина.
Станислав вошел в кабинет. Вот уж кто не походил на банального преступника. Красивое лицо, практически идеальная фигура, — и образ страшной потерянности, трагичной обреченности. Человека с такой внешностью легко заподозрить в актерстве, игре на публику, но это, кажется, был другой случай. Что-то сильно перевернуло весь его мир. То ли страх, то ли вообще любовь, изуродованное представление о преданности. У следствия уже было подробное описание всей его предыдущей жизни. Мальчик-красавец из очень бедной семьи, который сам, без чьей-либо поддержки, отправился на поиски яркой и богатой жизни, сумел использовать по максимуму все свои небольшие достоинства. Он не обладал особенными талантами, но был неглуп, физически здоров и очень верил в силу своей красоты. Тренер фитнес-центра — это для Лопатина стало пиком такой карьеры, какая возможна для него в принципе. Тут он мог использовать свои силу, мастерство, обаяние и открытый доброжелательный нрав. Тут он получал все доступное для него признание, восхищение и даже женское поклонение. Он не сильно гнался за деньгами, был просто уверен, что всегда получит то, что ему понадобится, от преданных друзей и влюбленных женщин. Они потянулись непрерывной вереницей в первые годы его проживания в Москве. А потом он встретил Инну Николаеву, и вереница прервалась. Станислав полюбил Инну, когда она еще была секретаршей Николаева, принял без критики и с покорностью влюбленного барашка ее идею о том, как выйти замуж за начальника-миллионера, предварительно организовав его разрыв с женой. Принял главную цель Инны — богатство с единственной перспективой его приумножения. Даже ее патологическая алчность казалась Стасу достоинством страстной, вольной и хищной женщины. То ли она ему сумела это внушить, то ли он сам выстроил для себя такой идеал, но Инна стала для него совершенством. И тут такой облом с падчерицей, которая не могла пережить предательства отца и решила сама восстановить справедливость. Операция Светланы с видеокамерами и шантажом стала реальной угрозой для всех планов Инны. Ее богатство не только не будет приумножено, но она реально окажется у разбитого корыта в той глухой деревне, где гниет оставленная ей в наследство бабушкой избушка. Инна предпочла бы смерть подобной участи.
— Как же вы, Лопатин, смогли до такого додуматься? — спросил Ильин. — Похищение, лишение свободы девочки из благополучной семьи. Чего вы от нее добивались, какими способами, на что рассчитывали? Мы уже разобрались с тем, что идея была не ваша. Николаева просто назначила вас исполнителем. Но вы же взрослый, самостоятельный человек. Подготовка похищения длилась долго и тщательно: поиск нужного места, приобретение дома с бункером по липовым документам, привлечение криминальных специалистов, которые явно участвовали в самом факте похищения и профессионально провели стерильную зачистку любых следов. Такие специалисты явно поработали. Если честно, то я даже не могу предположить: с какой целью похищение? И сколько вы собирались ее там держать? В общем, рассказывайте по порядку, с деталями и фамилиями. Мы вас слушаем.
— Мы просто хотели договориться по-хорошему, — уныло выговорил Стас. — Света поставила нас в тупик. Вроде нормальная, даже приятная девочка-подросток. И вдруг она обернулась таким коварным и опасным человеком. Я не мог поверить, что это она сама придумала историю со слежкой за нами, видеокамерами и таким тяжелым, взрослым шантажом. Но со временем стало понятно, насколько это упрямый, настойчивый и маниакальный, что ли, человек. Никто другой не мог ей ничего внушить. Света полагалась только на свои силы и убедила себя в том, что может победить. Она поставила нас в страшный тупик. Мы оказались перед реальным крушением наших жизней. И задумали даже не похищение, а временную возможность подержать Светлану в изоляции, пока мы пытались с ней договориться. Мы были уверены, что сумеем ее в чем-то убедить максимум за неделю. Почему изоляция? Расчет был на то, что девочка, привыкшая к постоянному вниманию окружающих, не вынесет одиночества, поймет, что теряет и что могла бы приобрести. Мы предлагали ей очень большие деньги, виллу на Кипре… Да Инна луну с неба прикатила бы, если бы Света пожелала. Но я даже не мог предположить, что этот ребенок окажется таким железным человеком. Она только смеялась и издевалась над нами. Так было сначала. Вы же видели этот бункер: там все удобства, тепло, запасы консервов и воды на много лет, шкафы с лекарствами. Мы не хотели, чтобы она страдала физически. Но она через какое-то время стала совсем неуправляемой. Бросалась на меня, когда я приезжал, пыталась покалечить — ножом, инструментами, которые там находила. Я стал ее реально бояться. А потом она перестала есть в знак протеста, не давала в себя даже воду влить. И все время старалась добраться до моего телефона. Одно время она сильно болела. Я был в ужасе, понял, во что мы влипли. Мы же не могли отвезти ее в больницу или привезти врача.
— А как Светлана вообще согласилась с вами куда-то поехать? Чем вы ее заманили?
— Да все оказалось просто. Она ко мне относилась лучше, чем к Инне. И я предложил ей все обсудить в спокойной обстановке, только вдвоем. Типа есть у меня загородная дача, где нас никто не потревожит. Сказал, что могу ей предложить очень хорошие, заманчивые вещи. Договорились, что она приедет на своей машине в переулок у нашего центра. Она совершенно спокойно согласилась. Ну, а дальше было так. Света стояла у машины, увидела меня и шагнула навстречу. Честно говоря, я рассчитывал, что, если она
