Игра - Ян Бэк
– Почему вы не дождались подкрепления? Почему я ничего не знал?
Бьорк молчала. Наверное, надо было возразить, что ждать было некогда. Джимми Филдсу грозила опасность, да и что такого могло случиться?
Он стал одной из возможных жертв Игры в Охоту. Большим преимуществом Лондона является обилие видеокамер. Она часами, снова и снова просматривала записи со всего Боро, пока не нашла этого человека.
Затем связалась с Люси, с которой ей однажды приходилось участвовать в одной операции. Они хотели взять и перевести Филдса в безопасное место, но когда прибыли на место, он не открыл им дверь, сколько они ни звонили. Они ждали внизу несколько часов, но квартира на Мэрилебон-Стрит стояла темная и не подавала признаков жизни.
В какой-то момент Люси решила, что прошло уже достаточно времени.
– Пошли! – позвала она и настояла на том, чтобы они поднялись и осмотрелись наверху. – Пошли, Эйнштейн.
Для начала они позвонили в дверь квартиры, как и днем раньше. Просто так, будто это доставка пиццы. Только вот доставщиков пиццы не отбрасывает на несколько метров внутри шара, состоящего из огня и обломков, и не пригвождает к стене с такой силой, что выжить невозможно. Может, она все это выдумала, в конце концов, ее тоже отбросило, но в сторону, поскольку она оказалась спиной к стене возле двери.
– Сначала я! – сказала тогда Люси, присела, вытащила отмычку и стала ей орудовать в цилиндровом замке. – Десять секунд, – прошептала она. Бьорк автоматически стала считать. Десять… девять… восемь… семь… шесть…
– Нет, только пять, – были последние слова Люси. Потому что в тот самый момент, когда она повернула дверную ручку, разверзся ад.
Бьорк еще помнила взрыв. Она на миг оглохла, а потом наступила тишина. Люси получила множественные переломы, в то время как Бьорк осталась практически невредимой. Оправившись от первого шока, она встала, добралась через завалы до напарницы, которая этажом ниже лежала под тяжелым дверным листом у подножия нижней лестницы. Однако одного взгляда на странное положение ее головы хватило, чтобы понять, что помощь вызывать поздно. Бьорк опустилась на колени и обняла Люси; так прошло несколько минут, но казалось, – один миг. И вот уже прибыли пожарные и довольно грубо выдворили обеих.
Бьорк не разрешала боли приближаться. Нужно быть собранной.
– Спокойно, Инга. Спокойно, – сказал Кирххоф. Ей пришлось доложить ему о фатальном исходе операции. Еще оглушенная взрывом, она почти не услышала его по телефону. А пока сидела рядом с трупом Люси в машине скорой, Кирххоф прилетел на вертолете из Гааги вместе с криминалистами из Европола. Но что они хотели там найти? Джимми Филдс исчез, а взрыв смел все следы, которые могли бы к нему привести.
Но почему бомба? Правила Игры не предполагали взрывать Филдса, когда он придет домой. Это было не нужно. Алогично.
Она смотрела вслед машине скорой помощи, которую выпустили из оцепления. Та завернула за угол и скрылась.
Lucy In The Sky with Diamonds.
– Инга, сделай перерыв. Инга? Ты меня слышишь?
Она повернулась к Кирххофу.
– Ни за что! – запротестовала она. – Мы должны выяснить, как это могло слу…
– Эй! Эй, это вы? – громыхал полицейский в форме, быстрыми шагами направляясь к ней. – Бьорк из Европола, верно?
Она кивнула.
– Вы же хотели, чтобы вас поставили в известность, если что найдут.
– Слушаю вас.
– Пожарные обнаружили труп. Предположительно, жилец, некий мистер Филдс. Но есть кое-что странное.
– Что?
– Пожарный говорит, у Филдса раны, которые не связаны со взрывом. Они как от…
– Да-да? Что у него? Говорите же!
– Как от бензопилы.
7
Вена, 6 часов 59 минут
Кристиан Бранд
Об этой «индивидуальной операции» полковник хотел поговорить с Брандом еще в воскресенье утром. Однако Бранд никак не ожидал, что Хинтерэггер позвонит в шесть утра и еще перед службой вызовет к себе. Побриться и то не успеть.
– Так, Бранд, – тяжело вздыхая сказал Хинтерэггер, прежде чем начать разговор по существу. – Господи Иисусе, Бранд. Пятый! – он открыл досье и взял оттуда листок. – Пятый труп. Вы всего-то у нас два года, а уже играете в свободное время в супергероя и пригвождаете людей к афишным тумбам. Как это так?
Бранд встретил строгий взгляд начальника, но промолчал. Хинтерэггер вот-вот должен уйти на пенсию. Он был неплохим начальником, по крайней мере, насколько знал Кристиан. Но сейчас распекал его за действия, избежать которых было невозможно. Бранд остановил террориста единственным доступным способом. Что это противоречило правилам ведения операции, он знал. Что «Кобра» – это не общество имени Джеймса Бонда с лицензией на убийства, – тоже. Однако он действовал согласно обстановке. Его вины в том, что именно он вечно попадает в такие истории, не было.
– Я слушаю!
– Во всех пяти случаях мое вмешательство предотвратило куда большее число пострадавших, – выпалил он заранее подготовленную фразу. Перед глазами встали те пятеро. Ему пришлось убить их. Всех. Иначе погибли бы другие.
Не «всех».
Совесть напомнила Бранду о случае с номером три. Парень приставил нож к горлу одного мэра в Нижней Австрии из-за сноса незаконного построенного им дома и уже сделал надрез. Бранду было не обязательно стрелять сразу в голову. Правой большеберцовой кости, которая мелькнула между ногами заложника, было бы достаточно. Но Бранд потерял время. Единственный раз, когда он не доверился собственной интуиции. Он хотел посмотреть, действительно ли парень порезал кожу или только поцарапал. И хотя Бранда именно за эту операцию хвалили, он знал, что не только местный политик, но и сумасшедший собственник незаконного построенного объекта мог бы остаться в живых. Остальные четверо – нет. Ни единого шанса.
– Твой успех никто и не оспаривает. И все же, Бранд, мы команда. Мы работаем скоординированно. И без насилия, насколько возможно.
Бранд уклонился от взгляда начальника.
– Теперь послушайте-ка меня! – Хинтерэггер повысил голос и ждал, когда Кристиан снова посмотрит на него. – С 2011 года ни один из моих людей не сделал ни единого выстрела в человека. Ни один! И тут приходите вы и палите из пушки, как Джон Рэмбо в свои лучшие годы!
Бранд нахмурил лоб. Было бы занудством утверждать сейчас, что вчера он никак не палил из пушки. Он понимал, куда клонит Хинтерэггер, и хочешь не хочешь ему придется выслушать роптания шефа. Как бывало всегда, когда полицейский в ходе операции кого-то ранил или убил.
– Пять убитых за два года, Бранд. У вас прямо персональный рекорд. И это за все время существования «Кобры». Ни один из «Кобры»
