Чума Эпсилона - Сергей Сергеевич Мусаниф

Я развернулся, хотя мне этого и не хотелось. Отсюда до места стоянки моего корабля (если он все еще был моим кораблем и стоял именно там) было всего около полукилометра, и каждый шаг плечом к плечу с Трехглазым Джо увеличивал это расстояние. Но вариантов не было.

Наверняка между мной и Генри выставлены заслоны, а я сейчас не в том положении, чтобы прорываться с боем.

— Как вы меня нашли? — спросил я.

— Если бы я хотел поговорить на ходу, то позвал бы тебя в фитнес-клуб, а не в бар.

Я засветился, и это произошло не в системе Эпсилона, а еще на Новом Далуте, во время моей вылазки в город, когда я нарвался на спецназ «Кэмпбелла». Убитый мной «коллега» наверняка вел трансляцию, и логи за ним писались в режиме реального времени, так что финт, при помощи которого я вывел его из строя, выдавал меня лучше, чем если бы я свое имя назвал.

Кстати говоря, я так и сделал, но решающего значения это не имело.

Трехглазый Джо получил зацепку, а поскольку за ним стояли все ресурсы огромной корпорации, размотать клубок для него было совсем несложно.

Я всегда знал, что космический корабль — это мое главное слабое место, и владение им может стать тем фактором, благодаря которому меня и вычислят. Похоже, что так и произошло. Я мог переименовывать его, менять характеристики и всячески прятать в документах, но по факту в каждом порту прибытия оставался след, кусок головоломки, и в итоге мои преследователи смогли собрать общую картину.

«Старый Генри» был моей воплотившейся мечтой, и, видимо, теперь мне придется за нее заплатить.

Они знали место. Они нашли корабль и устроили засаду, зная, что рано или поздно я объявлюсь. А после того, как я послал Генри сигнал с лайнера, они знали еще и время, что и позволило Трехглазому Джо устроить свое театральное появление.

Главный вопрос был в том, успели ли они добраться до самого корабля и перепрошить Генри, или нейропилот все еще подчиняется мне.

Щелк.

Сообщение по радиоканалу они перехватят, но Генри должен быть подключен к местной сети. Я вошел, соблюдая все меры предосторожности, и отправил ему команду, по ответной реакции на которую я смогу понять, захвачен он или нет.

Нет. Он прислал мне код безопасности.

Значит, на корабль пока никто не вторгался.

Щелк.

На наше общение в сети ушло меньше секунды, и я надеялся, что люди Кэмпбелла… ну, не было шансов, что они не заметят сам факт моего выхода в сеть. Однако для них должно было остаться загадкой, что я там делал.

Что ж, все было плохо, но лучше, чем могло бы быть. По крайней мере, корабль все еще принадлежит мне, а значит, у меня есть средство отхода.

Осталось только придумать, как до него добраться.

Получив мою команду, Генри должен был переключиться на аварийный протокол и врубить режим готового на все параноика. Так сказать, задраить все люки, прекратить любое общение с внешним миром и не пускать на борт никого, кроме меня, задействовав для этого все имеющиеся в его распоряжении средства.

Это станет огромным сюрпризом для группы спецназа, которая попытается туда вломиться. Они-то знают, что на борту никого нет, а обычные нейропилоты так себя не ведут. Они во время стыковки со станцией вообще в спящем режиме должны пребывать.

Похоже, что получить остальные девяносто процентов за артефакт у меня уже не получится, и имперская разведка начнет обо мне плохо думать, но это проблема завтрашнего дня, до которого еще надо дожить.

Если они вычислили меня по кораблю, а Трехглазый Джо благодаря счастливой случайности не торчал в этот момент в системе Эпсилона, значит, он здесь недавно. Он мог притащить с собой целую армию корпоративных солдат, но как хорошо они успели подготовиться и изучить местность?

Я и сам ее толком не изучил и совершенно не был готов, что должно было хоть немного сравнять наши шансы…

Мы прошли мимо служебного прохода, при помощи которого я срезал путь, и оказались в дешевой жилой зоне, где располагался местный обслуживающий персонал. Здесь все было самое бюджетное, и двери, и аварийные переборки, которые должны опуститься и закрыть отсек в случае разгерметизации, мигающее освещение, и, судя по несвежей атмосфере, даже рециркуляторы кислорода. Или их было просто меньше положенного, и они едва справлялись с задачей. Мне почему-то показалось, что Трехглазый Джо выбрал этот маршрут не случайно.

Здесь обнаружился свой собственный бар. То ли для того, чтобы работягам не пришлось далеко ходить (такую заботу о персонале мне было трудно представить), то ли для того, чтобы они своими кислыми рожами не портили настроение транзитным пассажирам в более приличных заведениях.

— Пойдет, — решил Трехглазый Джо.

— Здесь наверняка не любят чужих, — заметил я.

— Чужих нигде не любят.

Заведение оказалось небольшим, всего на десяток столиков, из которых заняты были только два. То ли бар не пользовался у местных популярностью, то ли мы зашли в неурочное время.

— Я займу нам место, — сказал Трехглазый Джо и беззаботно насвистывая направился к столику в углу. Там было всего два стула, и, разумеется, он занял тот, что стоял у стены. Получается, мне придется сидеть спиной к двери.

Трехглазый Джо в этом весь. Если он может получить малейшее тактическое преимущество, он непременно его получит.

Я провел рукой над стойкой бара, вызывая меню, и заказал себе пива, а ему — самого дешевого синтезированного виски, который здесь был, расплатился и принес напитки за столик.

— Интересный выбор, — сказал Джо.

— Если ты хочешь что-то другое, плати за это сам, — сказал я.

— Меня все устраивает, — он сделал глоток. Это должна была быть редкостная дрянь, но он даже не скривился. — Ты заставил нас за тобой побегать, Двадцать Седьмой.

— Зови меня Карл, — сказал я.

— Это имя твоей текущей личности, — сказал Джо. — А настоящее ты себе выбрал?

— Нет.

— Ты спрашивал себя, почему?

— Никак не получалось улучить подходящий момент.

— Ты больше шести лет в бегах.

— Так уж получилось.

Больше шести лет, больше половины моей жизни, и они меня все-таки нашли. Это было досадно.

Вдвойне досадно, что они сделали это, когда я был в полушаге от полной финансовой независимости.